Бублик и сыщик
Вечером у Русика пропал носок. Один. Второй был на месте, а первый как сквозь землю провалился.
- Это загадка, - сказала Дианка. - Тут нужен сыщик.
- А кто такой сыщик?
- Тот, кто ищет пропажи. Смотрит в лупу и идёт по следам.
- А у носка бывают следы?
Дианка задумалась. Ей семь лет, и она разгадала уже много загадок. Но следы носка - это было трудно.
Бублик, рыжий и круглый, лежал у них в ногах на одеяле. Под ним что-то было. Что-то мягкое и полосатое. Но Бублик сделал вид, что ничего не знает, и замурлыкал. Кровать качнулась. Потом ещё раз. И запахло дождём, булочками и старыми камнями.
Дианка открыла глаза.
Они стояли на узкой улочке старого города. Был вечер, только что прошёл дождик, и мостовая блестела. Вдоль улочки горели фонари, тёплые и жёлтые, как леденцы. Дома стояли тесно, с красными черепичными крышами и маленькими балкончиками, а из окна пекарни пахло булочками.
Она посмотрела на себя. На ней была клетчатая коричневая накидка до колен, такая же клетчатая шапочка с двумя козырьками, спереди и сзади, коричневые ботиночки и белые гольфы. У Русика такая же накидка и шапочка, только шортики коричневые. А рюкзак со звёздами, как всегда, был у Дианки за спиной.
- Мы сыщики! - сказал Русик. - Настоящие!
- Тише, - прошептал кто-то сверху. - Он идёт.
На подоконнике, прижавшись к цветочному горшку, сидел котёнок. Тощий, рыжий, с большими ушами. Он смотрел вниз, на улочку, и дрожал.
- Кто идёт? - спросила Дианка.
- Собака, - прошептал котёнок. - Большая. С ушами до земли. Он живёт со мной в одном доме. Он сыщик. А я его боюсь. Меня зовут Кекс.
По улочке, низко опустив нос к мостовой, шёл пёс. Невысокий, длинный, рыжий с белым, с огромными висячими ушами, которые подметали камни. На нём была маленькая клетчатая шапочка, как у детей.
- Добрый вечер, - сказал пёс печально. - Сыщик Бобби. У меня трудное дело.
- Какое? - спросил Русик.
- Пропал торт, - вздохнул Бобби. - У бабушки-мышки. Она испекла его внучке на день рождения. Поставила на окошко остыть. А его нет. Только крошки остались.
Из-под двери пекарни выглянула старенькая мышка в чепчике и в очках. Глаза у неё были красные от слёз.
- Завтра утром праздник, - сказала она. - А торта нет.
- Найдём! - сказала Дианка и достала из рюкзака фонарик.
Бобби опустил нос к мостовой. Понюхал. Потом пошёл по улочке, медленно, виляя хвостом. Дети за ним. Крошки торта лежали на камнях, одна за другой, как дорожка. Дианка светила фонариком. А Кекс шёл сзади по карнизам и подоконникам, подальше от Бобби.
Крошки довели до высокого забора. Дальше они шли вверх, по старой деревянной лесенке, до самой крыши.
- Тут я не пройду, - грустно сказал Бобби. - У меня лапы короткие, а уши длинные. Я по лесенкам не умею.
- Мы тоже высоко не достанем, - сказала Дианка.
Все посмотрели на Кекса. Кекс сидел на заборе и смотрел на Бобби.
- А почему он виляет хвостом? - тихо спросил он. - Он злится?
- Нет, - сказал Русик. - Собаки виляют хвостом, когда рады. Это как у котов мурлыканье. Бобби тебе рад. Он, наверное, всегда тебе рад. Просто ты убегаешь.
Кекс посмотрел на хвост. Хвост вилял. Посмотрел на уши. Уши были мягкие и грустные. А глаза у Бобби были добрые-добрые.
Кекс слез с забора. Сам. Подошёл к Бобби. Близко. Совсем близко. И осторожно тронул его носом в нос.
Бобби замер. А потом завилял хвостом так, что задрожали уши.
- Давай так, - сказал Кекс. - Ты нюхаешь. А я лезу.
- Договорились, напарник, - сказал Бобби.
И Кекс полез. Вверх по лесенке, ступенька за ступенькой, на самую крышу. Бобби снизу нюхал и подсказывал: «Левее! Пахнет ванилью! Теперь вправо, за трубу!» А Дианка светила фонариком.
За трубой Кекс нашёл гнездо. А в гнезде - торт, целёхонький, только с одного бока надкусанный. И рядом с ним сидел воронёнок. Маленький, чёрный, взъерошенный и очень несчастный.
- Это ты взял торт? - спросил Кекс.
Воронёнок кивнул.
- У меня сегодня тоже день рождения, - прошептал он. - А ко мне никто не пришёл. Я думал, если будет торт, придут гости.
Кекс подумал. А потом сказал:
- Пойдём вниз. Там как раз гости. И у внучки бабушки-мышки тоже день рождения. Можно праздновать вместе.
Воронёнок спустился с тортом на крыльях, а Кекс по лесенке. Бабушка-мышка всплеснула лапками. Сначала от радости, что торт нашёлся. А потом от того, что у воронёнка тоже день рождения. И сказала, что торта хватит на всех.
Это был самый весёлый праздник в старом городе. Пили чай из напёрстков. Бобби лаял от радости. Воронёнок каркал песенку. А Кекс сидел у Бобби между лап и мурлыкал.
Бабушка-мышка подарила детям маленькую лупу в медной оправе. Совсем маленькую, как мышкин глазок.
- Это лупа моего дедушки. Он тоже был сыщиком. Пусть у вас всегда находится то, что пропало.
Русик зажал лупу в кулаке.
Кекс свернулся у Бобби под ухом, как под тёплым одеялом. Бобби тихонько сопел. И глаза у Дианки и Русика стали закрываться сами.
Дианка открыла глаза.
Она лежала в своей кровати, в своей пижаме со звёздочками. Рядом сопел Русик. А в ногах лежал Бублик - круглый, рыжий и очень довольный.
- А я в детстве, - сказал он, - однажды раскрыл загадку вместе с собакой...
Но не договорил: зевнул и уснул.
Русик разжал кулак, не просыпаясь. На ладошке лежала маленькая лупа в медной оправе.
В дверь заглянул папа.
- Сыщики, - сказал он шёпотом, - а носок нашёлся?
- Найдём, - пробормотал Русик. - Мы теперь умеем.
Папа улыбнулся и прикрыл дверь.
А утром Русик положил лупу в коробку с сокровищами, рядом с деревянной ложечкой для мёда. Потом посмотрел в лупу на Бублика. И нашёл под ним носок.
